В Ленинграде был фокусник Вальди. Звали его Пат Иванович Панин. Как-то я спросил у него, почему Пат? Оказалось, что полное его имя - Патефон. Родился Пат Иванович в двадцатых годах, когда у нас появились патефоны, и отцу настолько понравился этот агрегат, что он назвал сына его именем. Куда с таким именем? Конечно, в цирк.
Да, и была, значит, у Патефона Ивановича курица Ляля, которая исчезала в воздухе. Он ее подбрасывал, и она исчезала. Это на сцене. А в жизни Пат Иванович любил с ней гулять, ведя ее по улице на поводке. Естественно, публика ходила за ним толпой. Представляете себе - идет по улице какой-то сумасшедший старик с курицей на поводке. Курица, кстати, тоже была с приветом. Она же не жила нормальной куриной жизнью, она же была артисткой. Всегда бежала, поводок натягивала, на собак встречных бросалась, которые тоже на поводках гуляли. В общем, как могла, работала на публику.
И вот как-то в Куйбышеве решили мы с Патом Ивановичем зайти в ресторан пообедать. Подходим - у двери швейцар. Такой гордый, презрительный, смотрит куда-то вверх и в сторону. Мы - входить, а он так, не глядя на нас:
- С собаками не положено.
Наверно, все же увидел в руках Пата Ивановича поводок. Хотя гордо поднятой головы не опустил. Пат Иванович ему:
- Мы не с собакой - мы с курицей.
- Что-о-о-о?!
Швейцар опускает голову и видит Лялю. Смотрит на нее в упор. Долго смотрит. Потом говорит:
- А с курицей и подавно не положено. У нас ресторан, между прочим, высшей категории, а не цирк.
- А у нас как раз цирк, - отвечает Пат Иванович. - И Ляля - актриса. А жить ей осталось до вечера, потому что вечером она исчезнет.
- Как исчезнет? - удивляется швейцар.
- Так, - говорит Пат Иванович, - навсегда. Поэтому мы ее и привели, чтоб накормить перед смертью по-человечески. А главное, дать ей выпить, чтоб не так страшно было исчезать.
Швейцар смотрит на нас офонаревши, видно, что верит, но через силу.
- Да вы приходите на представление, -приглашает Пат Иванович и дает ему контрамарку.
Швейцар контрамарку взял, вошел с нами в зал, что-то пошептал на ухо метрдотелю, и нас обслужили по высшему разряду. Ляле даже отдельную рюмку принесли.
А после представления швейцар пришел к Пату Ивановичу за кулисы и очень жалел курицу. Чуть не плакал. А еще предлагал вместо нее бесплатно любую из своих кур на выбор. Но Пат Иванович отказался, сказал, что у него уже есть Ляле замена, и не одна.
Когда швейцар ушел, я посетовал:
- Зря вы от курицы отказались: мы б ее съели.
Пат Иванович посмотрел на меня:
- Ваня, вы способны убить курицу? А ощипать ее, мертвую, вы способны?
Нет, на это я способен не был. Хотя курятину, особенно если она "табака", очень даже люблю.