И при железных дорогах лучше сохранять двуколку.
Сочинения Козьмы Пруткова
Перестройка стремительно двигалась к своему логическому завершению. И в один уже далеко не прекрасный момент всех, находившихся на хиреющем Байконуре, поразила новость - на ракетный полигон едет японская делегация! Зачем? Почему именно японская? Непонятно.
Азиатским политесом наше руководство тогда ещё в совершенстве не владело, поэтому подготовка велась как обычно, по-европейски. Ночью, перед самым приездом гостей солдатики замазали дыры в асфальте, побелили извёсткой бордюры, стволы деревьев, стойки телеграфных столбов. Покрасили бы зелёной краской и траву, но её на Байконуре нет, что только упрощало задачу. И, самое главное, приготовили хороший стол с любимым напитком всех гостей - русской водкой «а ля шара».
Быстренько показали прибывшим высоким гостям невысокого роста безобидную стартовую позицию времён первого спутника, бескрайние просторы полупустыни, стриженых с одной стороны верблюдов (с выдержкой у животных слабовато), и посчитали, что с экзотикой покончено - пора заняться серьёзным мужским делом, т.е. укреплять дружбу народов, произнося тосты под сорокоградусную в такую же жару. Но, то ли смена часовых поясов повлияла на сообразительных японцев, то ли на солнышке их развезло, но здравый смысл японцев в тот день оставил. Они забузили - дай им посмотреть вычислительный центр полигона! Ни много, ни мало, совершенно секретный объект!
Что же делать? Показывать нельзя, а обижать не хотелось. И повели японцев в ... расчётный отдел квартирно-эксплуатационной части (КЭЧ). И там, низкорослые японцы увидели на торце рабочего стола одного из «офицеров-аналитиков» прямоугольную деревянную рамку, напичканную спицами с костяшками в строгой пропорции. И заинтересовались - что это такое?
У советских тогда была особая гордость. Возможно, именно она и не позволила честно ответить - это вульгарные счёты, обычный инструмент канцелярских расчётов. Но показывали-то японцам вычислительный центр Байконура! В эпоху мощных ЭВМ, электронных калькуляторов и первых персональных компьютеров это попахивало полным подрывом престижа страны. Хотя, если по делу, то я, например, будучи сотрудником головного проектно-конструкторского отдела КБ «Южное», в то время все расчёты проводил на чешской логарифмической линейке и отечественным калькуляторам «Электроника» совершенно не доверял - ненадёжные. Поэтому и командиров грозной Советской армии наличие в строю кондового инструмента совершенно не смущало. Даже наоборот, мороки меньше - дефицитные батарейки не нужны. Но тут был другой случай - престиж Родины!
Прозвучи тогда в ответ что-то заурядное, и пошли бы на долгожданный банкет. Ан нет! Свободомыслие уже проникло и в воинские части. И кто-то из перестроившихся офицеров взял да и ляпнул, что это, мол, казахский народный инструмент для расчётов, made in shaman, который никогда «не сбоит и не глючит». Он используется только в национальные праздники для проверки ЭВМ, так сказать, для юстировки.
Кто бы мог подумать, что на гостей сильнейшее впечатление произведёт слово «никогда», оброненное так, походя. «Неужели стопроцентная надёжность? Это же невозможно», - опешили японцы. «Даже больше ста», - заверил их всё тот же умный офицер.
У гостей глаза округлились до невообразимых размеров, и они тут же попросили научить их пользоваться чудо-инструментом. От желающих блеснуть эрудицией не было отбоя, особенно, среди старшего офицерского состава. Костяшками все вместе щёлкали около часа, обучившись параллельно озвучивать некоторые популярные тогда ритмы. После чего ошеломлённые гости предложили бартер - счёты с Байконура на современнейший японский калькулятор! У хозяина деревянной штуковины потекли слюни. Но он понимал, что отдавать антиквариат нельзя, могут быть неприятности по партийной линии - оклевещут ещё по «Голосу Америки» японские подголоски. Да и свои же офицеры потом прохода не дадут, в анекдоты попадёшь. А калькулятор всё равно отберёт начальство, под предлогом проверки на предмет жучков, или вообще без предлога. Будешь и без счётов, и с позором. Поэтому офицер стал путано объяснять, что это подарок-де от верховного генерал-шамана, и он, подарок, давно взят на инвентарный учёт. Показал номер на счётах, аналогичный на стуле и столе, даже на плафоне. Короче, ни в какую!
Видимо, словосочетание «инвентарный учёт» уж больно хитро переводится на японский, потому что азиаты стали не на шутку нагнетать, дошли до пяти калькуляторов за одни счёты! Чувствовалось, что они готовы были дать и десять, но с собой просто не было такого количества. Уж так им хотелось заиметь самую надёжную частичку русских секретов. Офицер чуть не плакал от досады, но стоял насмерть.
Недружелюбный акт хозяев расстроил японцев. Банкет был несколько скомкан. Правда, водку выпили всю. Как обычно.
Перейти к оглавлению